Что-то случилось, нас все покидают.
Старые дружбы, как листья, опали.
...Что-то тарелки давно не летают.
Снежные люди куда-то пропали.
А ведь летали над нами, летали.
А ведь кружили по снегу, кружили.
Добрые феи над нами витали.
Добрые ангелы с нами дружили.
Добрые ангелы, что ж вас не видно?
Добрые феи, мне вас не хватает!
Всё-таки это ужасно обидно -
знать, что никто над тобой не летает.
...Лучик зелёной звезды на рассвете.
Красной планеты ночное сиянье.
Как мне без вас одиноко на свете,
о недоступные мне марсиане!
Снежные люди, ну что ж вы, ну где вы,
о белоснежные нежные девы!
Дайте мне руки, раскройте объятья,
о мои бедные сёстры и братья!
...Грустно прощаемся с детскими снами.
Вымыслы наши прощаются с нами.
Крыльев не слышно уже за спиною.
Робот храпит у меня за стеною.
1976
Юрий Левитанский
Если уходит земля из-под ног,
если во взгляде не стало огня.
Если в тебе задыхается Бог —
значит пора уже что-то менять.
Отмели, лодки, прибои, шторма.
Друга, который сомнительно друг.
Если в тебе поселилась зима —
лучше уехать куда-то на Юг.
Если ты чувствуешь — пусто внутри,
если ты гонишь бессонницу вон —
сделаем шаг, или два, или три:
первый — дается труднее всего.
И отмеряя сейчас на весах:
стыд или совесть, и пряник, и кнут —
что-то меняй: у тебя полчаса.
Год. А, быть может, и пара минут.
Если привыкнешь оправдывать боль.
Если повсюду увидишь туман:
это — придумано только тобой
в горе от глупости или ума.
Если, как лодка, душа на мели,
нет послевкусия каждого дня —
плачь, вырывая себя из земли.
До смерти бойся — но что-то меняй.
Алена Васильченко
Цитаты из советских фильмов, на которых мы выросли.
«Вы привлекательны, я чертовски привлекателен. Что зря время терять?»
«Я тебе один умный вещь скажу, только ты не обижайся»
«Кто возьмёт билетов пачку, тот получит водокачку»
«Пилите, Шура, пилите, они золотые»
«Какая гадость эта ваша заливная рыба»
«Ну, граждане алкоголики, хулиганы, тунеядцы, кто хочет сегодня поработать?»
«Страшную весть принёс я в твой дом, Надежда! Зови детей!»
«Кушать подано. Садитесь жрать, пожалуйста!»
«Киса, разрешите спросить вас как художник художника. Вы рисовать умеете?»
«Так вот, это сокровище вам не сдалось. Это мой крест! И нести его мне!»
«Оставь меня, старушка, я в печали»
«Инфаркт микарда. Вот такой вот рубец!»
«Надо было просто вовремя со своими женщинами разбираться и пистолеты не разбрасывать где попало»
«Георгий Иванович, он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора здесь проживает?»
«А что вы так на меня смотрите, отец родной? На мне узоров нету и цветы не растут»
«Штирлиц… а вас я попрошу остаться»
«А вдоль дороги мёртвые с косами стоят. И тишина...»
«Мы бодры, веселы… — Стоп, стоп! «Бодры» надо говорить бодрее. А «веселы» как? — Веселее!»
«Гриша, и шо я в тя такой влюблённый?»
Ну, давай, расскажи, как ты счастлив и как любим.
Как от новой девчонки взрывает адреналин,
Как она раздевается чувственна и легка,
Как на пике взрывается в сильных твоих руках.
Как вы строите планы на весь этот новый год,
И как ждет она предложенья уже вот-вот.
Как старательно убирает и что печёт,
Как тебя ублажает…а, впрочем,…а, впрочем, всё…
…Как казалась тебе эталоном, какой искал,
Как при встрече, сначала пульсировало в висках,
Ну, конечно же, ниже там тоже пылал пожар,
Как хотелось ее прямо там, на виду, зажать
У случайных прохожих (неважны ведь все они)
Только время проходит и вот вы уже одни.
И зима на исходе, а скоро придет весна,
И начнут вытеснять и другие ее из сна,
А потом и из жизни. Как водится, ты поймешь,
Что ты снова ошибся. И счастье, выходит, ложь…
Нет, оно-то, конечно, прекрасно и где-то есть,
Но опять не с тобой. Вроде рядом, да вот не здесь.
Ты начнешь тяготиться от длинных ее волос,
Ведь они на подушке и в ванной, а вот и злость,
Не туда положила то ложку, то бигуди,
То взяла телефон, чтоб звонки твои отследить,
То спросила опять: что прислали тебе в вотсап,
То опять загрустила, то ищет в тебе отца.
Это трудно, конечно, трудно всегда решить,
Но ты снова поймешь, что и с ней ты не хочешь жить,
И начнешь задыхаться, хоть ласки её нежны,
И набатом стучит: не нужны они, не нужны.
Она станет всё чаще и чаще ловить на лжи…
Боже мой, ты ведь просто…ты просто боишься жить.
Ты бежишь от себя, оставляя несчастных там,
Этих разных девчонок, которых придумал сам,
Этих девочек, что отдавали себя совсем
До остатка, до содранных в раны своих колен,
До последних решений, разорванных их сердец.
Ты-то сам не устал ли вести себя как подлец?
Сколько будешь искать эту «лучшую» и бежать?
Что оставил ты им, кроме боли? Тебе плевать…
Если ты не наполнен – любая тебе – не та…
Потому что любить на научена пустота.
Лилия Киракосова
