Декабрь
Мы соблюдаем правила зимы.
Играем мы, не уступая смеху
и придавая очертанья снегу,
приподнимаем белый снег с земли.
И будто бы предчувствуя беду,
прохожие толпятся у забора,
снедает их тяжелая забота:
а что с тобой имеем мы в виду?
Мы бабу лепим — только и всего.
О, это торжество и удивленье,
когда и высота, и удлиненье
зависят от движенья твоего.
Ты говоришь: Смотри, как я леплю. —
Действительно, как хорошо ты лепишь
и форму от бесформенности лечишь.
Я говорю: Смотри, как я люблю.
Снег уточняет все свои черты
и слушается нашего приказа.
И вдруг я замечаю, как прекрасно
лицо, что к снегу обращаешь ты.
Проходим мы по белому двору,
прохожих мимо, с выраженьем дерзким.
С лицом таким же пристальным и детским,
любимый мой, всегда играй в игру.
Поддайся его долгому труду,
о моего любимого работа!
Даруй ему удачливость ребенка,
рисующего домик и трубу.
1960
Б.Ахмадулина
Я лежу, болею,
Сам себя жалею.
Повздыхаю на спине,
Снова на бок лягу…
Не идут друзья ко мне
Навестить беднягу.
Я лежу, болею,
Сам себя жалею.
Где товарищи мои?
Как проводят лето?
Без меня ведут бои
На футболе где-то…
Я лежу, болею,
Сам себя жалею.
Жду, когда в конце концов
Распахнутся двери
И ворвутся шесть мальцов,
Пять по крайней мере.
Но в квартире тишина…
Тру глаза спросонок,
Вдруг я вижу (вот те на!)—
Входят пять девчонок.
Пять девчонок сели в ряд
У моей кровати.
— Ну, довольно!— говорят.—
Поболел, и хватит.
Песни знаешь или нет?
Будешь запевалой!—
Я киваю им в ответ:
— Что ж, споем, пожалуй.
Танька (тонкий голосок,
Хвостик на затылке)
Говорит: — А это сок
Для тебя в бутылке.
Чудеса! Мальчишек жду,
А пришли девчата.
Я же с ними не в ладу,
Воевал когда-то.
Я лежу, болею,
Сам себя жалею,
Как с девчонками спою,
Сразу веселею.
А.Барто
Я не знала, куда иду,
между двух окаленных рек.
И меня подхватил на льду
незнакомый мне человек.
У пальто подогнув края,
он поправил на мне сюртук.
Никогда не слыхала я
на запястьях сильнее рук.
Он укутал шарфом меня,
и по льду уносил, как мог.
За спиной у меня звенят
отпечатки усталых ног.
Он подобен был миражу.
Он сбивался не раз с пути.
Но, увидев, что я дрожу,
продолжал, продолжал идти.
Злая вьюга в окно вопит.
Он от дома достал ключи.
Он сказал мне - ты просто спи,
а я буду тебя лечить.
Он был мной одержим и пьян.
Сторожил мои сны, как пес.
Вынимая мне лед из ран...
и целуя мне нежно нос...
Кто же был это?
Ангел?
Друг?
Мой очаг?
или мой огонь?...
Но...
не знаю я крепче рук.
И целую его ладонь...
Алена Васильченко
