Иван Шмелев "Лето Господне":
«...Они тебя вспросют, — ну, а сколько, скажут, у нас Спасов? А ты и не знаешь. Три Спаса. А самый первый Спас — загибает Горкин желтый от политуры палец, страшно расплющенный, — медовый Спас, Крест выносят. Значит, лету конец, мед можно выламывать, пчела не обижается... уж пошабашила. «В Первый Спас и нищий медку попробует»...
* * *
«А вот и медовый ряд. Пахнет церковно, воском. Малиновый, золотистый, – показывает Горкин, – этот называется печатный, энтот – стеклый, спускной... а который темный – с гречишки, а то господский светлый, липнячок-подсед. Липонки, корыта, кадки. Мы пробуем от всех сортов. На бороде Антона липко, с усов стекает, губы у меня залипли. Будочник гребет баранкой, диакон – сайкой. Пробуй, не жалко!»
Она смотрела на него с другой,
сначала чуть вовсю не зарыдала.
И прядь убрав дрожащею рукой,
вдруг быстро его номер набирала.
Он отвечал спокойно, как всегда:
- Привет, я занят, я перезвоню.
Невовремя немножко, есть дела.
Я скоро на работе весь "сгорю"!
- А я не задержу тебя надолго.
Что..разговоры долгие вести?!
Один к тебе вопрос, один и только:
Куда ключи, любимый, завезти?
- Ключи? не понял? что с тобой? ты где?
( и кроликом испуганным заерзал)
- Ну..для тебя..теперь в Караганде!
И догонять мой поезд слишком поздно.
Да..и работа у тебя..рутина,
так..в офис?..иль сейчас в лицо швырнуть?
Ты знаешь, все в порядке..отлюбила!
И не жалею, кажется..ничуть.
Он встретил ее взгляд и стало больно,
а страх пошёл мурашками по коже.
Мы слишком часто..глупо и невольно
теряем тех, кто стал всего дороже.
Cherry
Ум хорошо, а два лучше. Одному человеку бог один ум даёт, а другому два ума, а иному и три... Иному три, это верно... Один ум, с каким мать родила, другой от учения, а третий от хорошей жизни.
Так вот, братуша, хорошо, ежели у которого человека три ума.
А.П.Чехов "Степь"
В жаркой пустыне, под солнцем сгорая
Шёл старец седой с ним старуха слепая.
Сума за плечами и в горле песок
Шли молча, мечтая:- воды бы глоток!
Прекрасный оазис возник перед ними,
Как райские кущи с вратами резными.
Приказчик сидит на скамье у ворот
И сыт и одет, но с ухмылкою рот.
Входи, говорит старику - это Рай,
Что только желаешь себе выбирай.
Но только старуху оставь у ворот
И снова скривило усмешкою рот...
Слепую слезу у жены вытирая
И ей в утешение слова подбирая,
Сказал, что мираж перед ними возник
Пойдём, дорогая, уж скоро родник.
На сей раз, дорога его привела
К простому крыльцу - "ни двора, ни кола".
Хозяин приветлив, гостей напоил
Обоим дал хлеба, и спать уложил…
-Спите, спокойно,-сказал – Вы в Раю,
Коль не оставил старуху свою
Вечное Царствие Вам на двоих.
В Рай не пускают, кто предал своих.
К читателю
Читаете ли вы мои стихи?
А понимаете ли вы их смысл?
Ведь я считаю, что они не так плохи.
Не хуже сложных уравнений, крупных чисел.
Читаете ли вы мои стихи?
А сколько раз на дню? Однажды?
Сердца, надеюсь, ваши не глухи
К поэзии моей невзрачной...
Я вкладываю душу в каждый слог,
Переживаю с каждым днем сильнее:
А нужен ли Вам этот монолог?
А может, все закончить поскорее?
Читаете ли вы мои стихи?!
О, милый друг, ответьте! Это важно!
Я делаю последние штрихи,
Как будто собираю самолет бумажный.
И каждый раз надеюсь — полетит,
И каждый день живу я в ожидании:
Что милый друг, читая, не грустит,
Выстраивая из песка на пляже башни.
О, милый друг, скажите правду мне:
Приносят ли они вам вдохновение?
А если нет, то пусть горят в огне
И в нем вымаливают пусть прощение.
За что? За то, что сердцу не милы.
За то, что вам помочь не могут с болью.
За то, что рифмы в слоге не смелы.
За то, что сам поэт не сдюжил с ролью.
Но мне не стыдно ни за этот монолог,
Ни за эмоции мои и не за чувства!
Я посвящаю вам здесь каждый слог!
Мой милый друг, а это не безумство?
